RUS  MDA
WebMoney : Z292695501926
 
«     2020    »
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30 
 
 
 
2019 (1)
2017 (2)
2017 (2)
2017 (22)
2016 (3)
2016 (1)
 
\'Красное
 
» » Мировая революция. IV

: Мировая революция. IV
: admin 11-08-2010, 14:09


IV

Годы революции породили РЅРµ только РѕРіСЂРѕРјРЅСѓСЋ отсталую страну, СЂСѓРєРѕРІРѕРґРёРјСѓСЋ коммунистами Рё преданную идее построения общества, альтернативного капиталистическому, РѕРЅРё породили также дисциплинированное международное движение Рё, что РЅРµ менее важно, поколение преданных идее революционеров, идущих РїРѕРґ знаменем Октября Рё руководимых РёР· штаб-квартиры РІ РњРѕСЃРєРІРµ. (Несколько лет существовали надежды РІСЃРєРѕСЂРµ перенести ее РІ Берлин, Рё немецкий, Р° РЅРµ СЂСѓСЃСЃРєРёР№ оставался официальным языком Р?нтернационала РІ период между мировыми войнами.) РќРѕРІРѕРµ движение РЅРµ знало, как развивать РјРёСЂРѕРІСѓСЋ революцию после стабилизации обстановки РІ Европе Рё поражения РєРѕРјРјСѓРЅРёР·РјР° РІ РђР·РёРё. Беспорядочные попытки коммунистов инициировать разрозненные вооруженные восстания (РІ Болгарии Рё Германии РІ 1923 РіРѕРґСѓ, РІ Р?ндонезии РІ 1926 РіРѕРґСѓ, РІ Китае РІ 1927 РіРѕРґСѓ, Р° также запоздалое Рё неподготовленное восстание РІ Бразилии РІ 1935 РіРѕРґСѓ) потерпели поражение. Р’ РјРёСЂРµ РІ период между мировыми войнами чувствовалось приближение катастрофы, что РІСЃРєРѕСЂРµ доказали наступление Великой депрессии Рё РїСЂРёС…РѕРґ Рє власти Гитлера (СЃРј. главы 3—5). Однако это РЅРµ объясняет внезапного резкого перехода Коминтерна РІ период 1928—1934 РіРѕРґРѕРІ Рє ультрареволюционной риторике Рё фракционному левачеству, поскольку, несмотря РЅР° речи Рё декларации, РЅР° практике революционное движение тогда РЅРёРіРґРµ РЅРµ было готово взять власть. Эту оказавшуюся политически пагубной смену ориентиров скорее можно объяснить изменением международной политики Советской коммунистической партии после РїСЂРёС…РѕРґР° Рє руководству Сталина. Возможно, также имела место попытка компенсировать РІСЃРµ более очевидное расхождение между интересами РЎРЎРЎР  как государства, которое неизбежно должно сосуществовать СЃ РґСЂСѓРіРёРјРё государствами (РЎРЎРЎР  СЃ 1920 РіРѕРґР° стал приобретать международное признание), Рё интересами движения, чьей целью являлось свержение всех остальных правительств.

В конце концов государственные интересы Советского Союза одержали победу над интересами Коминтерна, который Сталин низвел до инструмента советской государственной политики под жестким контролем коммунистической партии, чистя, перетасовывая и реформируя его кадры по своему желанию. Мировая революция принадлежала риторике прошлого. Теперь любая революция была приемлема только в том случае, если: а) она не входила в противоречие с советскими государственными интересами и б) могла быть подчинена прямому контролю Советов. Западные правительства, которые видели в наступлении коммунистических режимов после 1944 года по существу расширение власти Советов, без сомнения, понимали намерения Сталина; их понимали и «неперестроившиеся» революционеры, горько обвинявшие Москву в том, что она препятствует всем попыткам коммунистов взять власть в свои руки, даже тогда, когда они оказались успешными, как в Югославии и Китае (см. главу 5).

Тем не менее до самого конца Советская Россия даже в глазах многих своекорыстных и коррумпированных представителей ее номенклатуры оставалась чем-то большим, нежели просто одной из великих держав. Освобождение мира и создание альтернативы капиталистическому обществу являлось, помимо прочего, ее главной целью. Ради чего еще могли бездушные московские бюрократы финансировать и вооружать партизан прокоммунистического Африканского национального конгресса, чьи шансы свергнуть систему апартеида в Южной Африке на протяжении десятилетий были ничтожно малы? (Как ни странно, китайский коммунистический режим, критиковавший СССР за предательство революционных движений после разрыва отношений между двумя этими странами, не имел сравнимых с СССР практических достижений в поддержке освободительных движений третьего мира.) Правда, в конце концов в СССР поняли, что человечеству не суждено измениться в результате вдохновленной Москвой мировой революции. Даже искреннее убеждение Никиты Хрущева в том, что социализм «похоронит» капитализм благодаря своему экономическому превосходству, постепенно угасло в долгом сумраке брежневской эпохи. Вполне возможно, что именно благодаря окончательному крушению веры в мировую роль этой системы она рухнула без всякого сопротивления (см. главу 16).

Однако ни одно из этих сомнений не омрачало стремлений первого поколения тех, кого вдохновлял сияющий свет Октября, посвятить свою жизнь мировой революции. Подобно ранним христианам, большинство социалистов перед Первой мировой войной верило в великие апокалиптические изменения, которые уничтожат все зло и создадут общество без несчастий, угнетения, неравенства и несправедливости. Марксизм придал тысячелетним надеждам научную основу и историческую неизбежность, а Октябрьская революция доказала, что великие преобразования начались.

Общее число солдат безжалостной в осуществлении благородных целей армии освобождения человечества составляло, возможно, не более нескольких десятков тысяч; число профессиональных революционеров, «менявших страны чаще, чем пару обуви», как сказал Бертольд Брехт в стихотворении, написанном в их честь, составляло, вероятно, не более нескольких сотен. Ни тех, ни других не надо путать с теми, кого итальянцы в те годы, когда их коммунистическая партия насчитывала миллион, называли «коммунистическим народом», — миллионами сторонников и рядовых членов, для которых мечта о новом и справедливом обществе также была реальностью, хотя на практике они являлись обычными активистами старого социалистического движения, чья приверженность была скорее классовой и общественной, а не личной преданностью. Однако, хотя число их было невелико, без них нельзя понять двадцатый век.

Ленинская «партия РЅРѕРІРѕРіРѕ типа», костяк которой составляли профессиональные революционеры, явилась той силой, СЃ помощью которой всего лишь через тридцать лет после Октября треть человечества оказалась живущей РїСЂРё коммунистических режимах. Вера Рё безоговорочная преданность штабу РјРёСЂРѕРІРѕР№ революции РІ РњРѕСЃРєРІРµ давали коммунистам возможность видеть себя (РіРѕРІРѕСЂСЏ социологически) частью всемирной Церкви, Р° РЅРµ секты. РџСЂРѕРјРѕСЃРєРѕРІСЃРєРёРµ коммунистические партии теряли лидеров РІ результате чисток, РЅРѕ РґРѕ тех РїРѕСЂ, РїРѕРєР° душа РЅРµ ушла РёР· этого движения после 1956 РіРѕРґР°, РѕРЅРѕ РЅРµ раскололось, РІ отличие РѕС‚ раздробленных РіСЂСѓРїРї отколовшихся марксистов, пошедших Р·Р° Троцким, Рё еще более раздробленных маоистских «марксистско-ленинских» РіСЂСѓРїРї, появившихся после 1960 РіРѕРґР°. Как Р±С‹ РЅРё были РѕРЅРё малочисленны (РєРѕРіРґР° РІ Р?талии РІ 1943 РіРѕРґСѓ был свергнут Муссолини, итальянская коммунистическая партия состояла примерно РёР· 5000 мужчин Рё женщин, главным образом вышедших РёР· тюрем Рё вернувшихся РёР· изгнания), коммунисты являлись тем же, чем были большевики РІ феврале 1917 РіРѕРґР°, — СЏРґСЂРѕРј миллионной армии, потенциальными руководителями населения Рё государства.

Для людей того поколения, особенно для тех, кто, пусть даже в детстве, пережил годы переворота, революция была событием, совершившимся при их жизни и говорившим о том, что дни капитализма сочтены. Новейшая история казалась современникам преддверием окончательной победы, которую смогут разделить лишь некоторые солдаты революции («мертвые в отпуску»), как сказал русский коммунист Левине незадолго до того, как был казнен при подавлении советской республики в Мюнхене в 1919 году). Если само буржуазное общество имело столько причин сомневаться в будущем, почему они должны были быть уверены в его выживании? Однако их собственная жизнь демонстрировала его реальность.

Обратимся к истории молодой немецкой пары, встретившейся благодаря баварской революции 1919 года, — Ольги Бенарио, дочери процветающего мюнхенского адвоката, и Отто Брауна, школьного учителя. Впоследствии Ольге довелось участвовать в подготовке революции в Западном полушарии, работая вместе с Луисом Карлосом Престесом (за которого она фиктивно вышла замуж), организатором долгого похода повстанцев через бразильскую сельву, убедившим Москву оказать поддержку восстанию в Бразилии в 1935 году. Восстание было подавлено, и Ольга была депортирована бразильскими властями в гитлеровскую Германию, где в конце концов погибла в концлагере. Тем временем Отто, которому повезло больше, отправился совершать революцию на Восток в качестве военного эксперта Коминтерна в Китае и, как оказалось, стал единственным белым, принимавшим участие в знаменитом «великом марше» китайских коммунистов (пережитый опыт разочаровал его в Мао). После этого он работал в Москве, а затем вернулся к себе на родину в Германию, к тому времени ставшую ГДР. Когда еще, кроме первой половины двадцатого века, жизнь людей могла сложиться подобным образом?

Р?так, РІ послереволюционном поколении большевизм впитал РІСЃРµ остальные социально-революционные традиции или вытеснил РёС… РЅР° периферию. До 1914 РіРѕРґР° РІРѕ РјРЅРѕРіРёС… странах анархизм являлся гораздо более действенной революционной идеологией, чем марксизм. Р—Р° пределами Восточной Европы Маркс рассматривался скорее как духовный наставник массовых партий, чей неизбежный, РЅРѕ отнюдь РЅРµ революционный РїСЂРёС…РѕРґ Рє власти РѕРЅ предсказал. Рљ 1930-Рј годам анархизм перестал быть важной политической силой даже РІ Латинской Америке, РіРґРµ красно-черное знамя всегда вдохновляло большее число борцов, чем красное. (Даже РІ Р?спании анархизм исчез РІ результате гражданской РІРѕР№РЅС‹. РџСЂРё этом многократно выросла популярность коммунистов, РґРѕ этого обладавших незначительным влиянием.) Социал-революционные РіСЂСѓРїРїС‹, существовавшие Р·Р° рамками РјРѕСЃРєРѕРІСЃРєРѕРіРѕ РєРѕРјРјСѓРЅРёР·РјР°, считали Ленина Рё Октябрьскую революцию СЃРІРѕРёРјРё духовными ориентирами Рё, как правило, возглавлялись бывшими деятелями Коминтерна, размежевавшимися СЃ РЅРёРј РїРѕ идеологическим причинам или изгнанными оттуда РІРѕ время РІСЃРµ более безжалостной охоты РЅР° еретиков, начавшейся после того, как Р?РѕСЃРёС„ Сталин захватил Рё упрочил власть над Советской коммунистической партией Рё Р?нтернационалом. Немногие РёР· этих отколовшихся центров достигли каких-либо политических успехов. Самый авторитетный Рё знаменитый РёР· еретиков, изгнанник Лев Троцкий — РѕРґРёРЅ РёР· лидеров Октябрьской революции Рё создатель Красной армии — потерпел полное поражение РІ СЃРІРѕРёС… практических начинаниях. Его «Четвертый интернационал», собиравшийся конкурировать СЃРѕ сталинским Третьим интернационалом, РЅРµ имел фактически никакого влияния. РљРѕРіРґР° РѕРЅ был СѓР±РёС‚ РїРѕ приказу Сталина РІ своем мексиканском изгнании РІ 1940 РіРѕРґСѓ, его политическое влияние было очень незначительным.

РћРґРЅРёРј словом, быть революционером РІСЃРµ больше означало быть последователем Ленина Рё Октябрьской революции Рё почти обязательно членом или сторонником какой-РЅРёР±СѓРґСЊ РїСЂРѕРјРѕСЃРєРѕРІСЃРєРѕР№ коммунистической партии, особенно РєРѕРіРґР° после победы Гитлера РІ Германии эти партии поддержали политику объединения против фашизма, которая позволила РёРј выйти РёР· сектантской изоляции Рё завоевать массовую поддержку РЅРµ только рабочих, РЅРѕ Рё интеллигенции (СЃРј. главу 5). Молодежь, жаждавшая свержения капитализма, прониклась крайними коммунистическими убеждениями Рё приветствовала международное движение, СЂСѓРєРѕРІРѕРґРёРјРѕРµ РњРѕСЃРєРІРѕР№. Марксизм, возрожденный Октябрем РІ качестве революционной идеологии, теперь воспринимался исключительно РІ интерпретации РјРѕСЃРєРѕРІСЃРєРѕРіРѕ Р?нститута марксизма-ленинизма, ставшего международным центром распространения этой теории. Больше никто РЅРµ предлагал теорий, объясняющих мировые процессы, Рё РЅРµ пытался, Р° главное, РЅРµ был РІ состоянии изменить РёС…. Такое положение дел сохранялось РґРѕ 1956 РіРѕРґР°, РєРѕРіРґР° разложение сталинской идеологии РІ РЎРЎРЎР  Рё упадок РїСЂРѕРјРѕСЃРєРѕРІСЃРєРѕРіРѕ международного коммунистического движения вовлекли РІ общественную жизнь некогда оттесненных РЅР° обочину мыслителей, традиции Рё организации левого движения. РќРѕ даже после этого РѕРЅРё продолжали существовать РІ гигантской тени Октября. Хотя каждый, обладающий минимальным знанием истории идеологии, РјРѕРі обнаружить идеи Бакунина Рё даже Нечаева, Р° РЅРµ Маркса Сѓ студенческих радикалов РІ 1968 РіРѕРґСѓ Рё позже, это РЅРµ привело Рє сколько-РЅРёР±СѓРґСЊ заметному возрождению анархистских теорий Рё движений. Напротив, 1968 РіРѕРґ РїРѕСЂРѕРґРёР» повальную РјРѕРґСѓ РЅР° марксистскую теорию (как правило, РІ версиях, которые изумили Р±С‹ самого Маркса) Рё множество различных марксистско-ленинских сект Рё РіСЂСѓРїРї, объединившихся РЅР° РѕСЃРЅРѕРІРµ критики РњРѕСЃРєРІС‹ Рё старых коммунистических партий как недостаточно революционных Рё ленинских.

Парадоксально, что это формально самое полное восприятие социально-революционной традиции произошло в тот момент, когда Коминтерн явно отошел от своей первоначальной революционной стратегии 1917—1923 годов или, скорее, наметил стратегию захвата власти, совершенно противоположную той, которой он придерживался в 1917 году (см. главу 5). Начиная с 1935 года критическая левая литература была полна обвинений в том, что руководимые Москвой движения упустили, отвергли, более того, предали возможность совершить революцию, потому что Москва больше не хочет ее. До тех пор пока пресловутое «монолитное» руководимое Советами движение не начало распадаться изнутри, эта критика имела мало значения. Пока коммунистическое движение сохраняло свое единство, сплоченность и поразительный иммунитет к расколу, оно являлось единственным светочем для сторонников мировой революции. Более того, вряд ли можно отрицать тот факт, что страны, которые отказались от капитализма во время второго этапа мировой социальной революции, проходившего с 1944 по 1949 год, сделали это под влиянием промосковских коммунистических партий. Только после 1956 года появилась возможность выбора между несколькими революционными движениями, реально претендовавшими на политическую и подрывную эффективность. Но даже эти разновидности троцкизма, маоизма, а также группы, вдохновленные кубинской революцией 1959 года (см. главу 15), в той или иной степени являлись ленинскими по происхождению. Старые коммунистические партии все еще оставались, как правило, самыми многочисленными партиями крайнего левого толка, но к этому времени их прежний коммунистический энтузиазм угас.


 
, . .

:

  • Мировая революция. VII
  • Мировая революция. VI
  • Мировая революция. III
  • Мировая революция. I
  • Мировая революция. Вступление


  •  
     
     
     
     
    {videolist}
     
    XML error in File: http://rkrp-rpk.ru/component/option,com_rss_stok/id,9/
    XML error: Opening and ending tag mismatch: hr line 5 and body at line 6

    XML error in File: http://krasnoe.tv/rss
    XML error: StartTag: invalid element name at line 1

     
     
    opyright © 2010 Rezistenta Atola