RUS  MDA
WebMoney : Z292695501926
 
«     2020    »
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
 
 
 
2019 (1)
2017 (2)
2017 (2)
2017 (22)
2016 (3)
2016 (1)
 
\'Красное
 
» » Глава IV. ПРОДОЛЖЕНР?Р•. ДОПОЛНР?ТЕЛЬНЫЕ ПОЯСНЕНР?РЇ ЭНГЕЛЬСА

: Глава IV. ПРОДОЛЖЕНР?Р•. ДОПОЛНР?ТЕЛЬНЫЕ ПОЯСНЕНР?РЇ ЭНГЕЛЬСА
: admin 9-08-2010, 13:21


Глава IV
ПРОДОЛЖЕНР?Р•. ДОПОЛНР?ТЕЛЬНЫЕ ПОЯСНЕНР?РЇ ЭНГЕЛЬСА

Маркс дал основное по вопросу о значении опыта Коммуны. Энгельс неоднократно возвращался к этой же теме, поясняя анализ и заключения Маркса, иногда с такой силой и рельефностью освещая другие стороны вопроса, что на этих пояснениях необходимо особо остановиться.

1. «Жилищный вопрос»

Р’ своем сочинении Рѕ жилищном РІРѕРїСЂРѕСЃРµ (1872 Рі.) Энгельс учитывает уже опыт РљРѕРјРјСѓРЅС‹, останавливаясь несколько раз РЅР° задачах революции РїРѕ отношению Рє государству. Р?нтересно, что РЅР° конкретной теме выясняются наглядно, СЃ РѕРґРЅРѕР№ стороны, черты сходства пролетарского государства СЃ теперешним государством, – черты, дающие основание РІ РѕР±РѕРёС… случаях говорить Рѕ государстве, Р° СЃ РґСЂСѓРіРѕР№ стороны, черты различия или переход Рє уничтожению государства.

«Как разрешить жилищный РІРѕРїСЂРѕСЃ? Р’ современном обществе РѕРЅ решается совершенно так же, как РІСЃСЏРєРёР№ РґСЂСѓРіРѕР№ общественный РІРѕРїСЂРѕСЃ: постепенным экономическим выравниванием СЃРїСЂРѕСЃР° Рё предложения, Р° это такое решение, которое постоянно само порождает РІРѕРїСЂРѕСЃ заново, С‚. Рµ. РЅРµ дает никакого решения. Как решит этот РІРѕРїСЂРѕСЃ социальная революция, это зависит РЅРµ только РѕС‚ обстоятельств времени Рё места, это связано также СЃ вопросами, идущими гораздо дальше, среди которых РѕРґРёРЅ РёР· важнейших – РІРѕРїСЂРѕСЃ РѕР± уничтожении противоположности между РіРѕСЂРѕРґРѕРј Рё деревней. Так как РјС‹ РЅРµ занимаемся сочинением утопических систем устройства будущего общества, то было Р±С‹ более чем праздным делом останавливаться РЅР° этом. Несомненно РѕРґРЅРѕ, – именно, что уже теперь РІ больших городах достаточно жилых зданий, чтобы тотчас помочь действительной нужде РІ жилищах РїСЂРё разумном использовании этих зданий. Это осуществимо, разумеется, лишь посредством экспроприации теперешних владельцев Рё посредством поселения РІ этих домах бездомных рабочих или рабочих, живущих теперь РІ слишком перенаселенных квартирах. Р? как только пролетариат завоюет политическую власть, подобная мера, предписываемая интересами общественной пользы, будет столь же легко выполнима, как Рё прочие экспроприации Рё занятия квартир современным государством» (стр. 22 нем. издания 1887 РіРѕРґР°).

Здесь изменение формы государственной власти не рассматривается, а берется только содержание ее деятельности. Экспроприации и занятия квартир происходят и по распоряжению теперешнего государства. Пролетарское государство, с формальной стороны дела, тоже «распорядится» занять квартиры и экспроприировать дома. Но ясно, что старый исполнительный аппарат, чиновничество, связанное с буржуазией, был бы просто непригоден для проведения в жизнь распоряжений пролетарского государства.

…«Необходимо констатировать, что фактическое овладение всеми орудиями труда, всей индустрией со стороны трудящегося народа является прямой противоположностью прудонистского «выкупа». При последнем отдельный рабочий становится собственником жилища, крестьянского участка земли, орудий труда; при первом же совокупным собственником домов, фабрик и орудий труда остается «трудящийся народ». Пользование этими домами, фабриками и проч. едва ли будет предоставляться, по крайней мере, в переходное время, отдельным лицам или товариществам без покрытия издержек. Точно так же уничтожение поземельной собственности не предполагает уничтожения поземельной ренты, а передачу ее, хотя и в видоизмененной форме, обществу. Фактическое овладение всеми орудиями труда со стороны трудящегося народа не исключает, следовательно, никоим образом сохранения найма и сдачи в наем» (стр. 68).

Вопрос, затронутый в этом рассуждении, именно: об экономических основаниях отмирания государства, мы рассмотрим в следующей главе. Энгельс выражается крайне осторожно, говоря, что пролетарское государство «едва ли «без платы будет раздавать квартиры, «по крайней мере, в переходное время». Сдача квартир, принадлежащих всему народу, отдельным семьям за плату предполагает и взимание этой платы, и известный контроль, и ту или иную нормировку распределения квартир. Все это требует известной формы государства, но вовсе не требует особого военного и бюрократического аппарата с особо привилегированным положением должностных лиц. А переход к такому положению дел, когда можно будет бесплатно отдавать квартиры, связан с полным «отмиранием» государства.
Говоря о переходе бланкистов, после Коммуны и под влиянием ее опыта, на принципиальную позицию марксизма, Энгельс мимоходом формулирует эту позицию следующим образом:

…«Необходимость политического действия пролетариата и его диктатуры, как переход к отмене классов, а вместе с ними и государства»… (стр. 55).

Какие нибудь любители буквенной критики или буржуазные «истребители марксизма» усмотрят, пожалуй, противоречие между этим признанием «отмены государства» и отрицанием такой формулы, как анархистской, в приведенном выше месте «Анти Дюринга». Было бы не удивительно, если бы оппортунисты и Энгельса зачислили в «анархисты», – теперь все распространеннее становится со стороны социал шовинистов обвинение интернационалистов в анархизме.
Что вместе с отменой классов произойдет и отмена государства, этому марксизм учил всегда. Общеизвестное место об «отмирании государства» в «Анти Дюринге» обвиняет анархистов не просто в том, что они стоят за отмену государства, а в том, что они проповедуют, будто возможно отменить государство «с сегодня на завтра».
Ввиду полного искажения господствующей ныне «социал демократической» доктриной отношения марксизма к анархизму по вопросу об уничтожении государства, особенно полезно напомнить одну полемику Маркса и Энгельса с анархистами.

2. Полемика с анархистами

Эта полемика относится к 1873 му году. Маркс и Энгельс дали статьи против прудонистов, «автономистов» или «антиавторитаристов», в итальянский социалистический сборник, и только в 1913 году эти статьи появились в немецком переводе в «Neue Zeit».

…«Если политическая борьба рабочего класса – писал Маркс, высмеивая анархистов с их отрицанием политики, – принимает революционные формы, если рабочие на место диктатуры буржуазии ставят свою революционную диктатуру, то они совершают ужасное преступление оскорбления принципов, ибо для удовлетворения своих жалких, грубых потребностей дня, для того, чтобы сломать сопротивление буржуазии, рабочие придают государству революционную и преходящую форму, вместо того, чтобы сложить оружие и отменить государство»… («Neue Zeit», 1913 – 14, год 32, т. 1, стр. 40).

Вот против какой «отмены» государства восставал исключительно Маркс, опровергая анархистов! Совсем не против того, что государство исчезнет с исчезновением классов или будет отменено с их отменой, а против того, чтобы рабочие отказались от употребления оружия, от организованного насилия, то есть от государства, долженствующего служить цели: «сломить сопротивление буржуазии».
Маркс нарочно подчеркивает – чтобы не искажали истинный смысл его борьбы с анархизмом – «революционную и преходящую форму» государства, необходимого для пролетариата. Пролетариату только на время нужно государство. Мы вовсе не расходимся с анархистами по вопросу об отмене государства, как цели. Мы утверждаем, что для достижения этой цели необходимо временное использование орудий, средств, приемов государственной власти против эксплуататоров, как для уничтожения классов необходима временная диктатура угнетенного класса. Маркс выбирает самую резкую и самую ясную постановку вопроса против анархистов: свергая иго капиталистов, должны ли рабочие «сложить оружие» или использовать его против капиталистов, для того, чтобы сломить их сопротивление? А систематическое использование оружия одним классом против другого класса, что это такое, как не «преходящая форма» государства?
Пусть каждый социал демократ СЃРїСЂРѕСЃРёС‚ себя: так ли ставил РѕРЅ РІРѕРїСЂРѕСЃ Рѕ государстве РІ полемике СЃ анархистами? так ли ставило этот РІРѕРїСЂРѕСЃ РѕРіСЂРѕРјРЅРѕРµ большинство официальных социалистических партий второго Р?нтернационала?
Энгельс еще гораздо подробнее и популярнее излагает те же мысли. Он высмеивает прежде всего путаницу мысли у прудонистов, которые звали себя «антиавторитаристами», т. е. отрицали всякий авторитет, всякое подчинение, всякую власть. Возьмите фабрику, железную дорогу, судно в открытом море – говорит Энгельс – разве не ясно, что без известного подчинения, следовательно, без известного авторитета или власти невозможно функционирование ни одного из этих сложных технических заведений, основанных на применении машин и планомерном сотрудничестве многих лиц?

…«Если я выдвигаю эти аргументы – пишет Энгельс – против самых отчаянных антиавторитаристов, то они могут дать мне лишь следующий ответ: «Да! это правда, но дело идет здесь не об авторитете, которым мы наделяем наших делегатов, а об известном поручении». Эти люди думают, что мы можем изменить известную вещь, если мы изменим ее имя»…

Показав таким образом, что авторитет и автономия – понятия относительные, что область применения их меняется с различными фазами общественного развития, что за абсолюты принимать их нелепо, добавив, что область применения машин и крупного производства все расширяется, Энгельс переходит от общих рассуждений об авторитете к вопросу о государстве.

…«Если бы автономисты – пишет он – хотели сказать только, что социальная организация будущего будет допускать авторитет лишь в тех границах, которые с неизбежностью предписываются условиями производства, тогда с ними можно было бы столковаться. Но они слепы по отношению ко всем фактам, которые делают необходимым авторитет, и они борются страстно против слова.
Почему антиавторитаристы не ограничиваются тем, чтобы кричать против политического авторитета, против государства? Все социалисты согласны в том, что государство, а вместе с ним и политический авторитет исчезнут вследствие будущей социальной революции, то есть что общественные функции потеряют свой политический характер и превратятся в простые административные функции, наблюдающие за социальными интересами. Но антиавторитаристы требуют, чтобы политическое государство было отменено одним ударом, еще раньше, чем будут отменены те социальные отношения, которые породили его. Они требуют, чтобы первым актом социальной революции была отмена авторитета.
Видали ли РѕРЅРё РєРѕРіРґР° РЅРёР±СѓРґСЊ революцию, эти РіРѕСЃРїРѕРґР°? Революция есть, несомненно, самая авторитарная вещь, какая только возможна. Революция есть акт, РІ котором часть населения навязывает СЃРІРѕСЋ волю РґСЂСѓРіРѕР№ части посредством ружей, штыков, пушек, С‚. Рµ. средств чрезвычайно авторитарных. Р? победившая партия РїРѕ необходимости бывает вынуждена удерживать СЃРІРѕРµ господство посредством того страха, который внушает реакционерам ее оружие. Если Р±С‹ Парижская РљРѕРјРјСѓРЅР° РЅРµ опиралась РЅР° авторитет вооруженного народа против буржуазии, то разве Р±С‹ РѕРЅР° продержалась дольше РѕРґРЅРѕРіРѕ РґРЅСЏ? РќРµ вправе ли. РјС‹, наоборот, порицать РљРѕРјРјСѓРЅСѓ Р·Р° то, что РѕРЅР° слишком мало пользовалась этим авторитетом? Р?так: или – или. Р?ли антиавторитаристы РЅРµ знают сами, что РѕРЅРё РіРѕРІРѕСЂСЏС‚, Рё РІ этом случае РѕРЅРё сеют лишь путаницу. Р?ли РѕРЅРё это знают, Рё РІ этом случае РѕРЅРё изменяют делу пролетариата. Р’ РѕР±РѕРёС… случаях РѕРЅРё служат только реакции» (стр. 39).

В этом рассуждении затронуты вопросы, которые следует рассмотреть в связи с темой о соотношении политики и экономики при отмирании государства (этой теме посвящена следующая глава). Таковы вопросы о превращении общественных функций из политических в простые административные и о «политическом государстве». Это последнее выражение, в особенности способное вызвать недоразумения, указывает на процесс отмирания государства: отмирающее государство на известной ступени его отмирания можно назвать неполитическим государством.
Наиболее замечательна в данном рассуждении Энгельса опять таки постановка вопроса против анархистов. Социал демократы, желающие быть учениками Энгельса, миллионы раз спорили с 1873 го года против анархистов, но спорили именно не так, как можно и должно спорить марксистам. Анархистское представление об отмене государства путано и нереволюционно, – вот как ставил вопрос Энгельс. Анархисты именно революции то в ее возникновении и развитии, в ее специфических задачах по отношению к насилию, авторитету, власти, государству, видеть не хотят.
Обычная критика анархизма Сѓ современных социал демократов свелась Рє чистейшей мещанской пошлости: «мы РґРµ признаем государство, Р° анархисты нет!В» Разумеется, такая пошлость РЅРµ может РЅРµ отталкивать сколько РЅРёР±СѓРґСЊ мыслящих Рё революционных рабочих. Энгельс РіРѕРІРѕСЂРёС‚ РёРЅРѕРµ: РѕРЅ подчеркивает, что РІСЃРµ социалисты признают исчезновение государства, как следствие социалистической революции. РћРЅ ставит затем конкретно РІРѕРїСЂРѕСЃ Рѕ революции, тот именно РІРѕРїСЂРѕСЃ, который обычно социал демократы РёР· оппортунизма РѕР±С…РѕРґСЏС‚, оставляя его, так сказать, РЅР° исключительную «разработку» анархистам. Р?, ставя этот РІРѕРїСЂРѕСЃ, Энгельс берет быка Р·Р° СЂРѕРіР°: РЅРµ следовало ли РљРѕРјРјСѓРЅРµ больше пользоваться революционной властью государства, С‚. Рµ. вооруженного, организованного РІ господствующий класс пролетариата?
Господствующая официальная социал демократия РѕС‚ РІРѕРїСЂРѕСЃР° Рѕ конкретных задачах пролетариата РІ революции обыкновенно отделывалась либо просто насмешечкой филистера, либо, РІ лучшем случае, уклончиво софистическим: «там РІРёРґРЅРѕ будет». Р? анархисты получали право говорить против такой социал демократии, что РѕРЅР° изменяет своей задаче революционного воспитания рабочих. Энгельс использует опыт последней пролетарской революции именно для самого конкретного изучения, что Рё как следует делать пролетариату Рё РїРѕ отношению Рє банкам Рё РїРѕ отношению Рє государству.

3. Письмо к Бебелю

РћРґРЅРёРј РёР· самых замечательных, если РЅРµ самым замечательным, рассуждением РІ сочинениях Маркса Рё Энгельса РїРѕ РІРѕРїСЂРѕСЃСѓ Рѕ государстве является следующее место РІ РїРёСЃСЊРјРµ Энгельса Рє Бебелю РѕС‚ 18–28 марта 1875 РіРѕРґР°. РџРёСЃСЊРјРѕ это, заметим РІ скобках, было напечатано, насколько РјС‹ знаем, впервые Бебелем РІРѕ втором томе его мемуаров (В«Р?Р· моей жизни»), вышедшем РІ свет РІ 1911 РіРѕРґСѓ, С‚. Рµ. 36 лет спустя после его составления Рё отправки.
Энгельс писал Бебелю, критикуя тот самый проект Готской программы, который критиковал и Маркс в знаменитом письме к Бракке, и касаясь специально вопроса о государстве, следующее:

…«Свободное народное государство превратилось в свободное государство. По грамматическому смыслу этих слов, свободное государство есть такое, в котором государство свободно по отношению к своим гражданам, т. е. государство с деспотическим правительством. Следовало бы бросить всю эту болтовню о государстве, особенно после Коммуны, которая не была уже государством в собственном смысле. «Народным государством» анархисты кололи нам глаза более чем достаточно, хотя уже сочинение Маркса против Прудона, а затем «Коммунистический Манифест» говорят прямо, что с введением социалистического общественного строя государство само собою распускается (sich auflцst) и исчезает. Так как государство есть лишь преходящее учреждение, которым приходится пользоваться в борьбе, в революции, чтобы насильственно подавить своих противников, то говорить о свободном народном государстве есть чистая бессмыслица: пока пролетариат еще нуждается в государстве, он нуждается в тем не в интересах свободы, а в интересах подавления своих противников, а когда становится возможным говорить о свободе, тогда государство, как таковое, перестает существовать. Мы предложили бы поэтому поставить везде вместо слова государство слово: «община» (Gemeinwesen), прекрасное старое немецкое слово, соответствующее французскому слову „коммуна“» (стран. 321–322 немецкого оригинала).

Надо иметь в виду, что это письмо относится к партийной программе, которую Маркс критиковал в письме, помеченном всего несколькими неделями позже данного письма (письмо Маркса от 5 мая 1875 года), и что Энгельс жил тогда, вместе с Марксом, в Лондоне. Поэтому, говоря: «мы» в последней фразе, Энгельс, несомненно, от своего и Маркса имени предлагает вождю немецкой рабочей партии выкинуть из программы слово «государство» и заменить его словом «община».
Какой бы вой об «анархизме» подняли главари нынешнего, подделанного под удобства оппортунистов «марксизма», если бы им предложили такое исправление программы!
Пусть воют. За это их похвалит буржуазия.
А мы будем делать свое дело. При пересмотре программы вашей партии совет Энгельса и Маркса безусловно следует принять во внимание, чтобы быть ближе к истине, чтобы восстановить марксизм, очистив его от искажений, чтобы вернее направить борьбу рабочего класса за его освобождение. Среди большевиков, наверное, противников совета Энгельса и Маркса не найдется. Трудность будет, пожалуй, только в термине. По немецки есть два слова: «община», из которых Энгельс выбрал такое, которое не означает отдельной общины, а совокупность их, систему общин. По русски такого слова нет и, может быть, придется выбрать французское слово «коммуна», хотя это тоже имеет свои неудобства.
«Коммуна РЅРµ была уже государством РІ собственном смысле» – РІРѕС‚ важнейшее, теоретически, утверждение Энгельса. После изложенного выше, это утверждение вполне понятно. РљРѕРјРјСѓРЅР° переставала быть государством, поскольку подавлять ей приходилось РЅРµ большинство населения, Р° меньшинство (эксплуататоров); буржуазную государственную машину РѕРЅР° разбила; вместо РѕСЃРѕР±РѕР№ силы для подавления РЅР° сцену выдвигалось само население. Р’СЃРµ это отступления РѕС‚ государства РІ собственном смысле. Р? если Р±С‹ РљРѕРјРјСѓРЅР° упрочилась, то РІ ней сами СЃРѕР±РѕР№ «отмерли» Р±С‹ следы государства, ей Р±С‹ РЅРµ надо было «отменять» его учреждений: РѕРЅРё перестали Р±С‹ функционировать РїРѕ мере того, как РёРј становилось Р±С‹ нечего делать.
«Анархисты колют нам глаза „народным государством“»; говоря это, Энгельс имеет в виду прежде всего Бакунина и его нападки на немецких социал демократов. Энгельс признает эти нападки постольку правильными, поскольку «народное государство» есть такая же бессмыслица и такое же отступление от социализма, как и «свободное народное государство». Энгельс старается поправить борьбу немецких социал демократов против анархистов, сделать эту борьбу принципиально правильной, очистить ее от оппортунистических предрассудков насчет «государства». Увы! Письмо Энгельса 33 лет пролежало под спудом. Мы увидим ниже, что и после опубликования этого письма Каутский упорно повторяет, в сущности, те же ошибки, от которых предостерегал Энгельс.
Бебель ответил Энгельсу письмом от 21 сентября 1875 г., в котором он писал, между прочим, что «вполне согласен» с его суждением о проекте программы и что он упрекал Либкнехта за уступчивость (стр. 334 нем. издания мемуаров Бебеля, т. II). Но если взять брошюру Бебеля «Наши цели», то мы встретим в ней совершенно неверные рассуждения о государстве:

«Государство должно быть превращено из основанного на классовом господстве государства в народное государство» (нем. изд. «Unsere Ziele», 1886, стр. 14).

Так напечатано в 9 ом (девятом!) издании брошюры Бебеля! Неудивительно, что столь упорное повторение оппортунистических рассуждений о государстве впитывалось немецкой социал демократией, особенно когда революционные разъяснения Энгельса клались под спуд, а вся жизненная обстановка надолго «отучала» от революции.

4. Критика проекта эрфуртской программы

Критика проекта Эрфуртской программы, посланная Энгельсом Каутскому 29 июня 1891 года и опубликованная только десять лет спустя в «Neue Zeit», не может быть обойдена при разборе учения марксизма о государстве, потому что она посвящена, главным образом, именно критике оппортунистических воззрений социал демократии в вопросах государственного устройства.
Мимоходом отметим, что по вопросам экономики Энгельс дает также одно замечательно ценное указание, которое показывает, как внимательно и вдумчиво следил он именно за видоизменениями новейшего капитализма и как сумел он поэтому предвосхитить в известной степени задачи нашей, империалистской, эпохи. Вот это указание: по поводу слова «отсутствие планомерности» (Planlosigkeit), употребленного в проекте программы для характеристики капитализма, Энгельс пишет:

…«Если мы от акционерных обществ переходим к трестам, которые подчиняют себе и монополизируют целые отрасли промышленности, то тут прекращается не только частное производство, но и отсутствие планомерности» («Neue Zeit», год 20, т. 1, 1901–1902, стр. 8).

Здесь взято самое основное в теоретической оценке новейшего капитализма, т. е. империализма, именно, что капитализм превращается в монополистический капитализм. Последнее приходится подчеркнуть, ибо самой распространенной ошибкой является буржуазно реформистское утверждение, будто монополистический или государственно монополистический капитализм уже не есть капитализм, уже может быть назван «государственным социализмом» и тому подобное. Полной планомерности, конечно, тресты не давали, не дают до сих пор и не могут дать. Но поскольку они дают планомерность, поскольку магнаты капитала наперед учитывают размеры производства в национальном или даже интернациональном масштабе, поскольку они его планомерно регулируют, мы остаемся все же при капитализме, хотя и в новой его стадии, но несомненно при капитализме. «Близость» такого капитализма к социализму должна быть для действительных представителей пролетариата доводом за близость, легкость, осуществимость, неотложность социалистической революции, а вовсе не доводом за то, чтобы терпимо относиться к отрицанию этой революции и к подкрашиванью капитализма, чем занимаются все реформисты.
Но вернемся к вопросу о государстве. Троякого рода особенно ценные указания дает здесь Энгельс: во первых, по вопросу о республике; во вторых, о связи национального вопроса с устройством государства; в третьих, о местном самоуправлении.
Что касается республики, то Энгельс сделал РёР· этого центр тяжести своей критики проекта Эрфуртской программы. Рђ если РјС‹ РїСЂРёРїРѕРјРЅРёРј, какое значение Эрфуртская программа приобрела РІРѕ всей международной социал демократии, как РѕРЅР° стала образцом для всего второго Р?нтернационала, то без преувеличения можно будет сказать, что Энгельс критикует здесь оппортунизм всего второго Р?нтернационала.

«Политические требования проекта – пишет Энгельс – страдают большим недостатком. В нем нет того (курсив Энгельса), что собственно следовало сказать».

Р? дальше поясняется, что германская конституция есть собственно слепок СЃ реакционнейшей конституции 1850 РіРѕ РіРѕРґР°, что рейхстаг есть лишь, как выразился Вильгельм Либкнехт, «фиговый листок абсолютизма», что РЅР° РѕСЃРЅРѕРІРµ конституции, узаконяющей мелкие государства Рё СЃРѕСЋР· немецких мелких государств, хотеть осуществить «превращение всех РѕСЂСѓРґРёР№ труда РІ общую собственность» – «очевидная бессмыслица».
«Касаться этой темы опасно», – добавляет Энгельс, прекрасно знающий, что легально выставить РІ программе требование республики РІ Германии нельзя. РќРѕ Энгельс РЅРµ мирится просто напросто СЃ этим очевидным соображением, которым «все» удовлетворяются. Энгельс продолжает: «Но дело, тем РЅРµ менее, так или иначе должно быть двинуто. До какой степени это необходимо, показывает именно теперь распространяющийся (einreissende) РІ большой части социал демократической печати оппортунизм. Р?Р· Р±РѕСЏР·РЅРё возобновления закона против социалистов, или воспоминая некоторые сделанные РїСЂРё господстве этого закона преждевременные заявления, хотят теперь, чтобы партия признала теперешний, законный РїРѕСЂСЏРґРѕРє РІ Германии достаточным для РјРёСЂРЅРѕРіРѕ осуществления всех ее требований»…
Что германские социал демократы действовали из боязни возобновления исключительного закона, этот основной факт Энгельс выдвигает на первый план и, не обинуясь, называет его оппортунизмом, объявляя, именно в силу отсутствия республики и свободы в Германии, совершенно бессмысленными мечты о «мирном» пути. Энгельс достаточно осторожен, чтобы не связать себе рук. Он признает, что в странах с республикой или с очень большой свободой «можно себе представить» (только «представить»!) мирное развитие к социализму, но в Германии, повторяет он,

…«в Германии, где правительство почти всесильно, а рейхстаг и все другие представительные учреждения не имеют действительной власти, – в Германии провозглашать нечто подобное, и притом без всякой надобности, значит снимать фиговый листок с абсолютизма и самому становиться для прикрытия наготы»…

Прикрывателями абсолютизма действительно и оказались в громадном большинстве официальные вожди германской социал демократической партии, которая положила «под сукно» эти указания.

…«Подобная политика может лишь, в конце концов, привести партию на ложный путь. На первый план выдвигают общие, абстрактные политические вопросы и таким образом прикрывают ближайшие конкретные вопросы, которые сами собою становятся в порядок дня при первых же крупных событиях, при первом политическом кризисе. Что может выйти из этого, кроме того, что партия внезапно в решающий момент окажется беспомощной, что по решающим вопросам в ней господствует неясность и отсутствие единства, потому что эти вопросы никогда не обсуждались…
Это забвение великих, коренных соображений из за минутных интересов дня, эта погоня за минутными успехами и борьба из за них без учета дальнейших последствий, это принесение будущего движения в жертву настоящему – может быть происходит и из за «честных» мотивов. Но это есть оппортунизм и остается оппортунизмом, а «честный» оппортунизм, пожалуй, опаснее всех других…
Если что не подлежит никакому сомнению, так это то, что наша партия и рабочий класс могут придти к господству только при такой политической форме, как демократическая республика. Эта последняя является даже специфической формой для диктатуры пролетариата, как показала уже великая французская революция»…

Энгельс повторяет здесь РІ особенно рельефной форме ту РѕСЃРЅРѕРІРЅСѓСЋ идею, которая красной нитью тянется через РІСЃРµ произведения Маркса, именно, что демократическая республика есть ближайший РїРѕРґС…РѕРґ Рє диктатуре пролетариата. Р?Р±Рѕ такая республика, нисколько РЅРµ устраняя господства капитала, Р° следовательно, угнетения масс Рё классовой Р±РѕСЂСЊР±С‹, неизбежно ведет Рє такому расширению, развертыванию, раскрытию Рё обострению этой Р±РѕСЂСЊР±С‹, что, раз возникает возможность удовлетворения коренных интересов угнетенных масс, эта возможность осуществляется неминуемо Рё единственно РІ диктатуре пролетариата, РІ руководстве этих масс пролетариатом. Для всего второго Р?нтернационала это – тоже «забытые слова» марксизма, Рё забвение РёС… необычайно СЏСЂРєРѕ обнаружила история партии меньшевиков Р·Р° первое полугодие СЂСѓСЃСЃРєРѕР№ революции 1917 РіРѕ РіРѕРґР°.
По вопросу о федеративной республике в связи с национальным составом населения Энгельс писал:

«Что должно встать на место теперешней Германии?» (с ее реакционной монархической конституцией и столь же реакционным делением на мелкие государства, делением, увековечивающим особенности «пруссачества» вместо того, чтобы растворить их в Германии, как целом). «По моему, пролетариат может употреблять даже форму единой и неделимой республики. Федеративная республика является еще и теперь, в общем и целом, необходимостью на гигантской территории Соединенных Штатов, хотя на востоке их она уже становится помехой. Она была бы шагом вперед в Англии, где на двух островах живет четыре нации и, несмотря на единство парламента, существуют друг подле друга три системы законодательства. Она давно уже сделалась помехой в маленькой Швейцарии, и если там можно еще терпеть федеративную республику, то только потому, что Швейцария довольствуется ролью чисто пассивного члена европейской государственной системы. Для Германии федералистическое ошвейцарение ее было бы огромным шагом назад. Два пункта отличают союзное государство от вполне единого государства, именно: что каждое отдельное государство, входящее в союз, имеет свое особое гражданское и уголовное законодательство, свое особое судоустройство, а затем то, что рядом с народной палатой существует палата представителей от государств, и в ней каждый кантон голосует, как таковой, независимо от того, велик он или мал».

В Германии союзное государство есть переход к вполне единому государству, и «революцию сверху» 1866 го и 1870 го годов надо не поворачивать вспять, а дополнить «движением снизу».
Энгельс не только не обнаруживает равнодушия к вопросу о формах государства, а напротив, с чрезвычайной тщательностью старается анализировать именно переходные формы, чтобы учесть, в зависимости от конкретно исторических особенностей каждого отдельного случая, переходом от чего к чему данная переходная форма является.
Энгельс, как Рё Маркс, отстаивает, СЃ точки зрения пролетариата Рё пролетарской революции, демократический централизм, единую Рё нераздельную республику. Федеративную республику РѕРЅ рассматривает либо как исключение Рё помеху развитию, либо как переход РѕС‚ монархии Рє централистической республике, как «шаг вперед» РїСЂРё известных особых условиях. Р? среди этих особых условий выдвигается национальный РІРѕРїСЂРѕСЃ.
У Энгельса, как и у Маркса, несмотря на беспощадную критику ими реакционности мелких государств и прикрытия этой реакционности национальным вопросом в определенных конкретных случаях, нигде нет и тени стремления отмахнуться от национального вопроса, – стремления, которым часто грешат голландские и польские марксисты, исходящие из законнейшей борьбы против мещански узкого национализма «своих» маленьких государств.
Даже в Англии, где и географические условия, и общность языка, и история многих сотен лет, казалось бы, «покончила» с национальным вопросом отдельных мелких делений Англии, даже здесь Энгельс учитывает ясный факт, что национальный вопрос еще не изжит, и потому признает федеративную республику «шагом вперед». Разумеется, тут нет ни тени отказа от критики недостатков федеративной республики и от самой решительной пропаганды и борьбы за единую, централистически демократическую республику.
Но централизм демократический Энгельс понимает отнюдь не в том бюрократическом смысле, в котором употребляют это понятие буржуазные и мелкобуржуазные идеологи, анархисты в числе последних. Централизм для Энгельса нисколько не исключает такого широкого местного самоуправления, которое, при добровольном отстаивании «коммунами» и областями единства государства, устраняет всякий бюрократизм и всякое «командование» сверху безусловно.
…«Р?так, единая республика» – пишет Энгельс, развивая программные взгляды марксизма РЅР° государство, – «но РЅРµ РІ смысле теперешней французской республики, которая представляет РёР· себя РЅРµ больше, чем основанную РІ 1798 РіРѕРґСѓ империю без императора. РЎ 1792 РїРѕ 1798 РіРѕРґ каждый французский департамент, каждая община (Gemeinde) пользовались полным самоуправлением РїРѕ американскому образцу, Рё это должны иметь Рё РјС‹. Как следует организовать самоуправление Рё как можно обойтись без бюрократии, это показала Рё доказала нам Америка Рё первая французская республика, Р° теперь еще показывают Канада, Австралия Рё РґСЂСѓРіРёРµ английские колонии. Р? такое провинциальное (областное) Рё общинное самоуправление – гораздо более свободные учреждения, чем, напр., швейцарский федерализм, РіРґРµ, правда, кантон очень независим РїРѕ отношению Рє Р±СѓРЅРґСѓВ» (С‚. Рµ. Рє федеративному государству РІ целом), «но независим также Рё РїРѕ отношению Рє уезду (бецирку) Рё РїРѕ отношению Рє общине. Кантональные правительства назначают уездных исправников (штатгальтеров) Рё префектов, чего совершенно нет РІ странах английского языка Рё что РјС‹ Сѓ себя РІ будущем так же решительно должны устранить, как Рё РїСЂСѓСЃСЃРєРёС… ландратов Рё регирунгсратов» (комиссаров, исправников, губернаторов, вообще чиновников, назначаемых сверху). Энгельс предлагает соответственно этому формулировать РїСѓРЅРєС‚ программы Рѕ самоуправлении следующим образом: «Полное самоуправление РІ провинции» (губернии или области), «уезде Рё общине чрез чиновников, избранных всеобщим избирательным правом; отмена всех местных Рё провинциальных властей, назначаемых государством».
В закрытой правительством Керенского и других «социалистических» министров «Правде» (№ 68, от 28 мая 1917 года) мне уже случалось указывать, как в этом пункте – разумеется, далеко не в нем одном – наши якобы социалистические представители якобы революционной якобы демократии совершали вопиющие отступления от демократизма. Понятно, что люди, связавшие себя «коалицией» с империалистской буржуазией, оставались глухи к этим указаниям.
Крайне важно отметить, что Энгельс СЃ фактами РІ руках, РЅР° самом точном примере, опровергает чрезвычайно распространенный – особенно среди мелкобуржуазной демократии – предрассудок, будто федеративная республика означает непременно больше СЃРІРѕР±РѕРґС‹, чем централистическая. Это неверно. Факты, приводимые Энгельсом относительно централистической французской республики 1792–1798 РіРі. Рё федералистической швейцарской, опровергают это. РЎРІРѕР±РѕРґС‹ больше давала действительно демократическая централистическая республика, чем федералистическая. Р?ли иначе: наибольшая местная, областная Рё РїСЂ. СЃРІРѕР±РѕРґР°, известная РІ истории, дана была централистической, Р° РЅРµ федеративной республикой.
На этот факт, как и на весь вообще вопрос о федеративной и централистической республике и о местном самоуправлении, в нашей партийной пропаганде и агитации обращалось и обращается недостаточно внимания.

5. Предисловие 1891 го года к «Гражданской войне» Маркса

В предисловии к 3 му изданию «Гражданской войны во Франции» – это предисловие помечено 18 марта 1891 года и первоначально было напечатано в журнале «Neue Zeit» – Энгельс, рядом с интересными мимоходными замечаниями по вопросам, связанным с отношением к государству, дает замечательно рельефную сводку уроков Коммуны. Эта сводка, углубленная всем опытом двадцатилетнего периода, отделявшего автора от Коммуны, и специально направленная против распространенной в Германии «суеверной веры в государство», может быть по справедливости названа последним словом марксизма по рассматриваемому вопросу.
Во Франции, отмечает Энгельс, после каждой революции рабочие бывали вооружены; «поэтому для буржуа, находившихся у государственного кормила, первой заповедью было разоружение рабочих. Отсюда – после каждой, завоеванной рабочими, революции новая борьба, которая оканчивается поражением рабочих»…
Р?тог опыта буржуазных революций столь же краткий, сколь выразительный. Суть деда – между прочим Рё РїРѕ РІРѕРїСЂРѕСЃСѓ Рѕ государстве (есть ли оружие Сѓ угнетенного класса?) схвачена здесь замечательно. Р?менно эту суть чаще всего Рё РѕР±С…РѕРґСЏС‚ как профессора, находящиеся РїРѕРґ влиянием буржуазной идеологии, так Рё мелкобуржуазные демократы. Р’ СЂСѓСЃСЃРєРѕР№ революции 1917 РіРѕ РіРѕРґР° «меньшевику», «тоже марксисту» Церетели выпала честь (кавеньяковская честь) выболтать эту тайну буржуазных революций. Р’ своей «исторической» речи 11 РіРѕ РёСЋРЅСЏ Церетели проговорился Рѕ решимости буржуазии разоружить питерских рабочих, выдавая, конечно, это решение Рё Р·Р° СЃРІРѕРµ, Рё Р·Р° «государственную» необходимость вообще!
Р?сторическая речь Церетели РѕС‚ 11 РіРѕ РёСЋРЅСЏ будет, конечно, для РІСЃСЏРєРѕРіРѕ историка революции 1917 РіРѕ РіРѕРґР° РѕРґРЅРѕР№ РёР· нагляднейших иллюстраций того, как предводимый РіРѕСЃРїРѕРґРёРЅРѕРј Церетели блок эсеров Рё меньшевиков перешел РЅР° сторону буржуазии против революционного пролетариата.
Другое РјРёРјРѕС…РѕРґРЅРѕРµ замечание Энгельса, тоже связанное СЃ РІРѕРїСЂРѕСЃРѕРј Рѕ государстве, относится Рє религии. Р?звестно, что германская социал демократия, РїРѕ мере того, как РѕРЅР° загнивала, становясь РІСЃРµ более оппортунистической, чаще Рё чаще скатывалась Рє филистерскому кривотолкованию знаменитой формулы: «объявление религии частным делом». Р?менно: эта формула истолковывалась так, будто Рё для партии революционного пролетариата РІРѕРїСЂРѕСЃ Рѕ религии есть частное дело!! Против этой полной измены революционной программе пролетариата Рё восстал Энгельс, который РІ 1891 РіРѕРґСѓ наблюдал только самые слабые зачатки оппортунизма РІ своей партии Рё который выражался поэтому наиболее осторожно:

«Соответственно тому, что РІ РљРѕРјРјСѓРЅРµ заседали почти исключительно рабочие РёР»Р

 
, . .

:

  • Государство Рё революция. РЎРЅРѕСЃРєРё
  • Глава VI. ОПОШЛЕНР?Р• РњРђР РљРЎР?Р—РњРђ РћРџРџРћР РўРЈРќР?РЎРўРђРњР?
  • Государство Рё революция. Аннотация Рё предисловия
  • Глава I. КЛАССОВОЕ ОБЩЕСТВО Р? ГОСУДАРСТВО
  • Глава II. ГОСУДАРСТВО Р? РЕВОЛЮЦР?РЇ. ОПЫТ 1848–1851 ГОДОВ


  •  
     
     
     
     
    {videolist}
     
    XML error in File: http://rkrp-rpk.ru/component/option,com_rss_stok/id,9/
    XML error: Opening and ending tag mismatch: hr line 5 and body at line 6

    XML error in File: http://krasnoe.tv/rss
    XML error: StartTag: invalid element name at line 1

     
     
    opyright © 2010 Rezistenta Atola